Покаяние Дины

10 июня, 1986

 

 Господи! Силы Небесные! Свет мой внутренний, Ты оставил меня, Ты скрылся. Ты не знаешь меня, потому что я всю жизнь готовлюсь к встрече с Тобой, но не живу Тобой!

 Мне всё время кажется, что постепенность поиска Тебя — вещь закономерная. Я вижу Тебя в разных объёмах Тебя. Исследую их, оправдываюсь, но обманываю себя.

 Я не знаю, в какой день Ты придёшь судить меня. В какой день вспыхнет моё центральное существо — Ты? И я побегу от себя, потому что не положила основание жизни своей в Тебе. Потому что не привыкла к Свету. Потому что готовилась к встрече с Тобой, но не была с Тобой. Ты скажешь: «Се, не знаю вас». Громоподобно и тихо. Тихо и почти ласково. Пронизывая всё моё существо, повторя­ется фраза: «Се, не знаю вас».

 Я изо дня в день живу, думая, что этот день приве­дёт меня к Тебе, но сам этот день — не с Тобой. Я иду на компромиссы, думая, что какие-то люди созреют для Тебя и я помогу им, а тогда мы все вместе будем идти к Тебе. Но в продолжении всего пути к Тебе я — не с Тобой. И я обманываюсь, что иду к Тебе: идти к Тебе можно только с Тобой. Нельзя идти к Тебе без Тебя, думая, что когда-то достигну Тебя, а пока — предварительный этап. На самом деле я хочу безопасности.

  Я живу обманываясь о Тебе, соблазняясь о Тебе, но не пребывая в Тебе. Твой Суд — это вспышка смерти. Вспышка Меня, которая сожжёт меня. И я побегу от Себя, от Тебя, не привыкнув к Тебе и не узнавая Тебя. «Се, не знаю вас» — скажешь Ты.

 Где моя жизнь, наполненная Тобой? Где мои часы и минуты, посвящённые Тебе? Где мои братья в Тебе, единые со мной? Почему я предварительно живу? Почему я предваряясь, живу? Предваряя Тебя, притворяясь Духом? Притворяясь, что иду к Тебе.

 Может мне нужно пройти ещё сюжеты земной жиз­ни? Может быть, я рано отошла от них? Может, наоборот, я цепляюсь за какие-то сюжеты, где нет Тебя?

 Ты дал человеку много сюжетов. Они как спуско­вые курки. Когда он нажимает их, он получает возмож­ность увидеть Тебя после страдания и смирения, так как он ещё не может непосредственно видеть Тебя: он ещё не смирился.

 Но люди сделали своей целью не Тебя, а эти спу­сковые курки. Я оглядываюсь на людей, на ситуации, на события, соотнося себя с ними. Но я не оглядываюсь на Тебя, не соотношу себя с Тобой. Я учитываю состояния, моральные проблемы, моральный долг, их мнения или их падения. И без конца каждый день стараюсь обезопасить себя среди людей, но не перед Тобой.

 В какой же опасности я перед Тобой, Господи! Я не Тебя ищу, а другого. Казалось бы, замкни уста и, как сказано у Давида: «Я стал, как глухой, не слышать и, как немой, не имею в устах ответа». Ведь там, где нет Тебя, я должна быть глухой, немой. Не моя забота на Земле рождать то, что имеет Тебя. И быть немой, не от­вечать и не иметь в устах своих ответа на то, в чём нет Тебя. Даже если нигде не будет Тебя, я должна застыть и встать. Но я не делаю этого, думая, что вот пройду ещё километр... И только километр надо пройти, чтобы уви­деть Тебя. Иду я эти километры, обманываясь, и не могу остановиться, потому что километры кормят меня, а я не хочу голода, не хочу риска. И всё обманываю себя, что Ты — за углом.

 Я всё больше преклоняюсь перед великой Душой монаха Силуана, который не учёл больного эконома, бра­та своего, сказавшего, что когда он собирает виноград, он иногда теряет молитву. Силуан встал с монастыр­ской больничной койки, сказал: «У нас так не бывает». И ушёл. Я никогда так не встану и не уйду. Я буду думать: «Я больна, дай-ка я долежу в больнице». Я буду думать: «Ах, эконом, эконом, кто я, чтобы осудить его». А ещё начну объяснять ему, что о Господе надо заботиться каждую минуту, а не тогда, когда удобно нам. Объяснять стараться изменить эконома. Да разве можно эконома изменить!? Вместо того, чтобы сказать: «У нас так не бывает» — и пойти делать так, как не делает эконом.

 Ты приходил ко мне, я видела Тебя, и я повторяю Твой звук для людей. Но кто меня просит печалиться, ког­да они не слышат этого звука? Кто я такая, чтобы давать им этот звук? Или повторно объяснять, или умолять, или звать? Не делаю ли я из этого спускового курка — цель?

 Господи! Научи меня, как Силуана, сказать из глу­бины себя: «У нас так не бывает». Научи меня снять с себя путы сюжетов, якобы предваряющих Тебя. Избавь меня от желания спусковых курков, якобы проявляющих Тебя. Нет для меня ни домов, ни паспортов, ни договоров, ни обязанностей, кроме Тебя! Дай мне силу уходить из каждой точки моего бытия, где нет Тебя. Как бы чудовищно это ни выглядело, как бы жестоко ни казалось это людям. Не дай мне учитывать людскую оценку, не дай мне благо­получия у людей. Люди, и я вместе с ними, приспособи­ли Тебя для себя, для своей выживаемости земной, своей гордыни. И я, и они достигаем Тебя, как безумные асуры, добивающиеся бессмертия и Тебя как цели, никогда не давая Тебе статуса Бытия. Так просто, казалось бы, вы­ брать в жизни своей Самое Звучащее, как колокол в честь Тебя, Господи! Самое Звучащее! И раствориться и умереть в Нём! Только самое Высшее — и умереть в Нём!

 Но нет! Я сдерживаюсь в этом. Я так боюсь сделать это. Я обманываюсь, что имею высшее как цель. А как можно иметь высшее как цель, а не Бытие? Тогда что же тотально во мне? Тогда где же мой корень, идущий к Богу? Ведь тотальна я — идущая к Богу. Значит для себя — Бы­тие, а для Бога — цель? Но ведь это принцип дьявола! Ещё Бердяев писал о русском соблазне, который заключается в том, что русский идёт к Богу, а не исходит из Него.

 Прости меня, грешную!

  Покаяние Дины