Письмо 65 (ML-136)

 

* Комментарий в печатном варианте книги.

 

Письмо 65 (ML-136)165

Е.П.Б. ~ Синнетту

Получено в Аллахабаде 17 марта 1882 г.

 

Мой дорогой мистер Синнетт!

С удивлением прочитала ваше приглашение.

С «удивлением» не потому, что меня приглашают, а потому, что вы опять приглашаете меня, как будто я вам не надоела! Что хорошего я представляю собою для кого-либо в этом мире, за исключением того, что заставляю некоторых пялить на меня глаза, других — высказывать мнения о моей ловкости в качестве обманщицы, и небольшое меньшинство — смотреть на меня с чувством удивления, какое обычно уделяется «чудовищам», выставленным в музеях или аквариумах. Это факт — у меня к этому достаточно доказательств, чтобы опять не сунуть голову в тот недоуздок, если я это могу. Мой приезд к вам, чтобы побыть у вас хотя бы несколько дней, был бы для вас самого только источником разочарования, а для меня — мукой.

Вы не должны принимать эти слова en mauvaise part.166 Я просто искренна с вами. Вы являетесь и долгое время были, особенно миссис Синнетт, моими лучшими друзьями здесь. Но как раз потому, что я считаю вас таковыми, я вынуждена предпочесть скорее причинить вам мгновенную, нежели длительную неприятность; скорее отказ, нежели принятие любезного приглашения. Кроме того, в качестве средства сообщения между вами и К.Х. (так как я полагаю, что вы приглашаете меня не только pour mes beaux yeux167) я теперь совершенно бесполезна. Существуют границы выносливости, существует и граница для величайшего самопожертвования. Я годами трудилась для них преданно и самоотверженно, а результат тот, что я разрушила своё здоровье, обесчестила имя своих предков и стала предметом оскорблений со стороны каждого торговца овощами с Оксфорд-стрит и каждого торговца рыбой с рынка Хангерфорд, ставшего чиновником; не принесла Им [Братьям] никакой пользы, очень мало пользы принесла Обществу, и никакой — ни бедному Олькотту, ни самой себе. Поверьте, мы будем гораздо лучшими друзьями, когда между нами будет расстояние в несколько сот миль, а не шагов.

Кроме того, Хозяин говорит, что новое событие собирается над нашими головами. Он и К.Х. склонили свои мудрые головы вместе и приготавливаются трудиться, как они мне говорят. У нас осталось несколько месяцев до ноября,168 и если дела к тому времени не отмоются добела и свежая кровь не вольётся в Братство и оккультизм, то мы все также можем отправляться спать. Лично для меня самой мало имеет значения, так это будет или нет. Моё время тоже быстро наступает, когда пробьёт час моего торжества. Тогда я также смогу доказать тем, кто строил обо мне предположения, кто верил и кто не верил, что ни один из них не приблизился даже на 100 миль к местопребыванию Истины. Я выстрадала ад на Земле, но, прежде чем её покинуть, я обещаю себе такое торжество, которое заставит Рипона с его католиками, и Бейли, и епископа Сарджента с его протестантскими ослами реветь так громко, как им позволят лёгкие.

А теперь — вы действительно думаете, что знаете МЕНЯ, дорогой Синнетт? Верите ли вы — что, раз вы измерили, как вы думаете, мою физическую оболочку и мозг, — что такой проницательный аналитик человеческой природы, как вы, может когда-либо проникнуть хотя бы под первые кутикулы моего реального «Я»? Если вы верите, то очень ошибаетесь. Все вы считаете меня неправдивой, потому что до сих пор я показывала миру только подлинную внешнюю мадам Блаватскую. Это то же самое, как если бы вы жаловались на лживость скалы, покрытой мхом, сорными травами и грязью, за то, что на ней есть надпись: «Я не мох и не грязь, покрывающие меня; ваши глаза обманывают вас, и вы неспособны увидеть то, что находится под внешней коркой, и т.д.». Вы должны понимать эту аллегорию. Это не хвастовство, потому что я не говорю, что внутри этой беспристрастной скалы находится роскошный дворец или же скромная хата. То, что я говорю, следующее: вы не знаете меня; ибо, что бы ни было внутри меня — это не то, что вы думаете; поэтому судить обо мне как о неправдивой есть величайшая ошибка и, кроме того, вопиющая несправедливость. Я (моё внутреннее действительное «Я») нахожусь в заключении и не могу показаться такою, какой являюсь на самом деле, если бы даже этого захотела. Почему же тогда меня — поскольку я говорю о себе, какова я и каковой себя чувствую, — должны считать ответственной за наружную дверь моей тюрьмы и её внешность, если я её и не строила, и не отделывала?

Но всё это для вас будет не лучше, чем томление духа.  «Бедная Старая Леди опять сходит с ума», — скажете вы. И позвольте мне пророчествовать, что настанет день, когда вы К.Х. тоже обвините, что он обманывает вас, и то лишь потому, что он не говорит вам того, чего не имеет права кому-либо сказать. Да, вы будете кощунствовать даже против него, потому что вы всегда втайне надеялись, что он сделает исключение для вас.

Отчего же такая экстравагантная и, по-видимому, бесполезная тирада содержится в этом письме? Да потому, что близок час; и после того, как я докажу то, что должна доказать, я раскланяюсь с изысканным западным обществом — и меня больше не будет. И тогда вы все можете свистеть по Братьям. Святая Истина!

Это, конечно, была шутка. Нет, вы не ненавидите меня — вы только чувствуете ко мне дружескую снисходительность, что-то вроде благожелательного презрения к Е.П.Б. Вы тут правы, поскольку знаете в ней лишь ту, которая готова развалиться на куски. Может быть, вы ещё обнаружите вашу ошибку по поводу той, другой, хорошо спрятанной моей части.

Сейчас при мне Деб; Деб «Шортридж»*, как мы его зовём; он выглядит как мальчик лет двенадцати, хотя ему далеко за 30. Идеальное личико с тонкими чертами, жемчужные зубы, длинные волосы, миндалевидные глаза и китайско-татарская пурпурная тюбетейка на макушке. Он мой «heir of Salvation»,169 и я с ним должна проделать работу. Я не могу его покинуть теперь и не имею права на это. Я должна закончить свою работу с ним. Он — моя правая рука (и левая — К.Х.) в «надувательстве и ложных притязаниях».

А теперь — Бог да благословит вас. Лучше не сердитесь ни на что, что бы я ни делала и ни сказала; только как другу, как настоящему другу, я говорю вам: пока вы не измените свой образ жизни — не ждите для себя исключения.

Искренне ваша Е.П.Б.

Сердечный привет миссис Синнетт и поцелуй крошке Денни.

 

* * *

 

* Комментарий в печатном варианте книги.

 

* * *

 

165. Это письмо датировано более ранней датой, чем Письмо №63-В (ML-35), но помещено позже, так как Письмо №63-В (ML-35) является продолжением писем 63-А (ML-88) и 63-Б (ML-144) и связано с ними в одно целое. (вернуться ↑)

166. С плохой стороны (фр.). (вернуться ↑)

167. Ради моей красоты (фр.). (вернуться ↑)

168. То есть до конца первого семилетия существования Теософского Общества — времени испытания. (вернуться ↑)

169. Наследник Спасения. (вернуться ↑)

 

«Деб «Шортридж»*» – Гуала Кришна Деб (Дхарбагири Натх) – ученик Махатмы К.Х. В 1882 г. Дебу было 30 лет. По словам Е.П. Блаватской, «последние 13 или 14 лет он провёл с Учителем К.Х.». Его физическое тело готовилось для оккультной работы, вследствие чего Деб использовал тело Баваджи для выполнения планов Учителя в миру. (вернуться ↑)

  Письмо 65 (ML-136)