Мне их жаль

17 марта, 1985

 

 Начну с некоторых советов женщинам.

Если к вам подходит человек, вы энергетически включаете его в его же высшую Суть и общаетесь только с этой Сутью. Тогда идёт повышение скорости вибрации. Такое взаимодействие может происходить не только на физическом, но и на астральном плане: встреча с человеком, сущностью, событием возможна не только через непосредственное общение, но и опосредованно.

Если вы сами находитесь на уровне формирования санкций, в сфере изначального Бытия и Света (я имею в виду планы Духовной Триады и Монады), то вы как бы пребываете в штабе, из которого исходят санкции для действий на ментальном, астральном и физическом планах. Это я и называю держать «высшую суть» человека или события. Как вы понимаете, перепрограмма более успешна, если она происходит в «штабе», а не на фронтах действий.

Взаимоотношение личности и Души аналогично взаимодействию мужского и женского начал. Мужское начало ответственно за земные действия. Женское же, как Душа, представляет его Высшее качество и удерживает это действие в направлении служения Высшему.

Если мужчину ориентировать на его Высшую возможность, если утверждать это клише, то все наши общие земные дела он совершит без срыва энергий Души. Жест и медитация — это две взаимодополняющие друг друга стороны одного Кольца.

Это и есть Богородчество! Это — насыщение Манаса и удерживание его как реальности всё время, и тогда земные дела делаются свободно (как «па» в танце). А пафос и высота переживания танцующего непреложно живы, и именно из этой высоты совершается точный жест.

Когда мужчина от земных действий переходит к чистой медитации, нередко он странно хиреет. Поэтому ему нужно продолжать внешнюю деятельность, но при этом не менее важно, чтобы его внешняя или внутренняя женщина постоянно держала медитацию.

Нередко это проявлялось в нормах человеческого общежития, когда о женщине говорили — как о вдохновительнице, а о мужчине — как о делателе. Даже в детстве, когда девочки с восторгом смотрят на «удальство» мальчика, они поощряют его (в его отроческих усилиях) к действию. Она испытывает восторг перед умением, а он это умение осуществляет.

Но если это и предусмотрено в человеческом общежитии, то лишь на бытовой и социальной основе. Самое главное забыто или вообще не узнано. В нашем мире, загордившемся до того, что Душе не даётся реальности, мужчины и женщины взаимообслуживают друг друга без учёта духовных тел. Поэтому так очевидны: духовное сиротство и невежество мужчин.

Иначе почему мужчина так трогательно благодарен, когда что-нибудь сделаешь для него, вплоть до быта... Что это? Его господское начало удовлетворено? Нет, это сирота «играет в маму», которой у него нет, и он поэтому не знает, как и чем на самом деле должна его «кормить» мама. Тогда очень жаль всех тех, кто жадно и разнообразно живёт, не живя на самом деле. Кто постоянно ищет виноватых, чтобы понести хоть какое-либо временное знамя «справедливости». К тому же, впрочем, оно позволит «благородно» вознегодовать — и уничтожить того, другого... человека... нацию... систему. Что же? Мужской жест — грех?

Да, жаль. Жаль, если кто-то из вас не замечает здесь, в Фиагдоне, красок Сераписа, эту растворяющую, обновляющую прелесть серебристо-серого цвета, голых гор и города мёртвых. Жаль, если вы ещё не слышите серьёзности и суровости всех касаний Учителя. Жаль, если вам ещё не открыта смерть как Успение, как Перенос, когда Кали, любящая Высшее, распинается ради Него.

В прошлом году Кали показала нам реальность красоты духовной — оборотной стороны смерти — как вечности, как исчезновение в Любимом. Серапис же открывает нам тайну воссоединения Сути и формы, открывает то, как «глина-форма» субъективно умирает в пальцах «скульптора», что даёт ему возможность извлечь из неё правду, красоту, чтобы магически закрепить биение великой Идеи.

Представляете, каково форме, которая умерла в Любимом, вдруг увидеть, что Любимый тоже в ней нуждался и что, выражая себя через неё, он оживотворил её. Тут следующий этап — этап высшего творчества вечной жизни. Те среди вас, кто не умеет благоговеть, кто отрицает восторг за его «младенческую никчемность», не могут ничего сказать против, когда приходит Учитель Серапис! В Нём воссоединены: величайший восторг с величайшей конкретикой, светоносность с мастерством проявления, величайшая серьёзность с детской восторженностью. В Нём воссоединены: жертвенный порыв формы с волевой ответственностью Сути.

Почему мужчина распинается спиной к кресту, а женщина (Магдалина) — лицом к кресту? Может быть, для того, чтобы произошло единое распятие? Ведь после распятия встаёт Агнец, а после уничтожения блудницы — Его Невеста, Новый Иерусалим. Здесь Кали и Серапис воссоединяются.

Всё это значит, что должна быть женщина, надоба которой реализуется на уровне предельной отдачи Богу. Когда земная женщина, пройдя Иерархические этапы становления и став Кали, проявляет такую надобу в Любимом, она вызывает к жизни Христа в том, кто проявлен на физическом плане. Следуя «Евангелию от Магдалины», я говорю не о Матерях Святых, не о Матерях Божиих, а о Любимых Божиих. (Магдалина говорит о Матери Святой в связи с уровнем Манаса, о Матери Божией — в связи с уровнем Буддхи и о Любимой Божией — на уровне Атмы.) Как видите, весь вопрос сейчас упирается в то, воспитываются ли в школах Христа Любимые Божие, которые, воплотившись, «притягивают» Христа в воплощение своей надобой в Нём...

  Мне их жаль